Суббота, 2019-05-25, 2:07 PM
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск
Вход на сайт

Разделы сайта
Хоккеисты (биографии) [26]
Дэвид Бекхэм - легенда из легенд [21]
Он — лучший футболист на свете. Он — футболист, перед которым благоговеет его поколение.
Самые абсурдные нелепости [18]
Правила футболиста [16]
Фигурное катание - слезы на льду [14]
Альберт Шестернев [10]
Футбольные рассказы [69]
Тренер - Гус Хиддинк [12]
Сборная СССР [13]
ФУТБОЛ
Тайна футбола [14]
Как обеспечить безопасность [12]
Мнения о футболистах [10]
Небезопасный спорт [32]
Истории про футболистов [16]
Зинедин Зидан [10]
Старый Локомотив [28]
О тренерах футбольных команд [40]
Футбол в Бразилии [32]
Поразительные факты [27]
Чудаки и оригинали [18]
Спортивная подводная стрельба [19]
Футболисты легенды [78]
Почему футбол? Почему именно он, покорив мир, стал спортивной игрой номер один?
Именитые династии [31]
Беговой длинный день [31]
Мысли о футболе [54]
Путешественники [26]
Система Кацудзо Ниши [20]
Тайные общества [24]
Сестра Земли [23]
Япония при жизни Мусаси [16]
Школа выживания при авариях [22]
Форварды нашего времени [18]
Надежды российского футбола [31]
Великие военные тайны [19]
Австралия для туриста и спортсмена [14]
Про книги [22]
Уникальные факты [39]
Физическая ключевая идея [41]
Чудеса в мире [25]
В Исландии [29]
Футбол на всю жизнь [19]
Футбол в Англии [33]
Именитые спортсмены [89]
Спортивное самбо [39]
История футбола [54]
Мятеж. Революция. Религиозность. [15]
Новости спорта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
                      

Увлечение спортом

Главная » Статьи » Фигурное катание - слезы на льду

на чемпионате мира в Хельсинки
Другая, почти детективная история произошла пять лет спустя на чемпионате мира в Хельсинки. В заключительный день соревнований стало известно, что дисквалифицированы два арбитра – представитель Украины Альфред Корытек и его российский коллега Святослав Бабенко.
Инцидент, послуживший поводом для разбирательства, произошел во время финала в парном катании. Уже после исполнения фигуристами короткой программы стало очевидно, что чемпионам мира 1998 года – российскому дуэту Елене Бережной и Антону Сихарулидзе – могут составить очень серьезную конкуренцию китайцы Шень Сюе – Чжао Хунбо. Допусти фавориты хоть одну ошибку, Россия вообще могла бы остаться без золота в том виде спорта, где не проигрывала почти никогда.
Бережная упала, причем падение было серьезным. Сразу же за россиянами выступали главные соперники, прокатавшие технически более сложную программу без единой ошибки. Тем не менее семь из девяти судей отдали чемпионам мира первое место.
Только двое – француженка Энн Харди Томас и представлявшая Азербайджан Евгения Богданова – отдали предпочтение китайцам. И уже на следующий день по пресс-центру распространился слух о том, что Международный союз конькобежцев затеял разбирательство судейства. Якобы видеокамера, установленная непосредственно в ложе арбитров, зафиксировала то ли условное перестукивание, то ли другие звуки, которые недвусмысленно свидетельствовали о судейском сговоре.
Таких слухов во время любого крупного соревнования фигуристов курсирует множество. Поэтому и к очередному журналисты отнеслись с легкой иронией. Однако на этот раз все оказалось значительно серьезнее. После того как был распространен официальный пресс-релиз ИСУ, информировавший о том, что Корытек и Бабенко лишены права обслуживать любые турниры, которые проходят под эгидой Союза конькобежцев, председатель Технического комитета по фигурному катанию англичанка Салли Энн Стэпплфорд дала такой комментарий:
– Мы внимательно изучили видеозапись судейства, и то, что увидели, совсем нам не понравилось. Правила ИСУ запрещают судьям, сидящим за пультами, контакты любого рода. Контакт явно был. Поэтому решение о дисквалификации украинского и российского арбитров было практически единогласным. Хотя мы предоставляем обоим право направить в адрес ИСУ подробное объяснение своих действий.
Пока продолжался очный разбор, на президенте российской Федерации фигурного катания не было лица. Он при любой возможности обсуждал с русскоговорящими коллегами судейский произвол. Коллеги, кстати, сочувствовали: в фигурном катании в таком положении может оказаться каждый. В том, что контакт был, не усомнился ни один из тех, с кем мне удалось поговорить. «Не для прессы» все они искренне удивлялись: на кой черт нужно было арбитрам оставлять окончательное определение взаимодействий на самый последний и далеко не самый удачный момент? Неужели, если была необходимость, не могли договориться раньше? Времени для разговоров вне чемпионата – навалом. Правда, такие контакты ИСУ тоже не очень поощряет, но мало ли что могут обсуждать бывшие соотечественники за рюмкой чая в свободное от работы время?
Однако моя давняя знакомая на этот счет профессионально заметила:
– Сговориться заранее можно разве что в танцах, где результат почти стопроцентно бывает известен заранее. Парное катание – дело другое. Там падают. На этот случай и может существовать система условных знаков. Но риск чудовищный. Не зря нас постоянно инструктируют, как вести себя за пультами. Предупреждают, что все действия записываются на видеопленку. Правда, и Корытек, и Бабенко плохо знают английский язык. Возможно, поэтому и не поняли, насколько серьезными могут оказаться последствия…
Написав по требованию редакции материал о судейском скандале и передав его в редакцию, я меньше всего предполагала, что пару недель спустя меня вызовет к себе в кабинет главный редактор Владимир Кучмий. Он мрачно положил передо мной на стол письмо на официальном бланке Федерации фигурного катания:
– Почитай пока…
Документ, подписанный Писеевым, взаимная неприязнь с которым в тот период и с моей и с его стороны достигла апогея и то и дело зашкаливала за рамки какого бы то ни было здравого смысла, гласил:
11 апреля 1999 года в Вашей газете опубликована статья «Игры патриотов» (автор – Елена Вайцеховская), в которой она рассказывает о ситуациях, имевших место в судействе по фигурному катанию на чемпионатах ИСУ, в том числе на чемпионате мира 1999 года в Хельсинки, и дает им свою интерпретацию.
Мне бы не хотелось заострять особое внимание на рассуждениях автора по отдельным вопросам, поднятым в статье, ибо они не имеют под собой, по существу, никаких оснований, а в основном носят характер домыслов, причем в некоторых случаях оскорбительного характера… Я, конечно, допускаю, что автор статьи олимпийская чемпионка по прыжкам в воду Елена Вайцеховская может слабо разбираться в тонкостях фигурного катания, однако появление в Вашей столь популярной газете материала с таким большим числом фактических неточностей и оскорбительных моментов в адрес людей, честно делающих свое нелегкое дело, просто по-человечески обидно и, с моей точки зрения, конечно, недопустимо…
Далее, со ссылкой на статью Закона о печати, шло требование « принять к автору соответствующие меры и принести извинения в том объеме, в котором был напечатан первый материал ».
– Что будем делать? – ничего не выражающим тоном поинтересовался Кучмий после паузы, дав мне возможность осмыслить прочитанное.
Я ошарашено молчала. За исключением одной серьезной ошибки (я назвала дисквалификацию Корытека и Бабенко пожизненной, в то время как вопрос по сроку наказания должен был дополнительно обсуждаться в ИСУ), в материале были разве что совсем мелкие неточности. В чем я совершенно искренне призналась главному редактору.
– Извиняться, конечно, не хочется, – скорее утвердительным, нежели вопросительным тоном продолжил он. – А придется… Писеев – профессиональный аппаратчик. Наверняка проверит, какие приняты меры. В общем, думай пока. Пара дней в твоем распоряжении есть…
Ночь я промаялась без сна. А наутро в голове вдруг сложился совершенно четкий план. В отцовских записных книжках я нашла рабочий телефон его хорошего знакомого: высокопоставленного, с громаднейшим опытом, чиновника международного уровня, с которым, правда, никогда не встречалась лично и которого заочно боялась до одури: о его крутом нраве в ту пору ходили легенды. Позвонила и, представившись, поперла напролом:
– Мне нужна ваша помощь. Нет, к вам на работу подъехать не могу – это совершенно конфиденциальный разговор, и мне не хотелось бы, чтобы ваши коллеги знали, что мы с вами о чем-то беседовали. Я готова подъехать в любое место и в любое время. Мне нужно тридцать минут вашего времени. Да, я записываю адрес…
Разговор в итоге растянулся почти на два часа. Я честно выложила все карты на стол и сказала:
– Мне нужно досконально знать, что все-таки произошло в Хельсинки. Естественно, ваше имя нигде упомянуто не будет. Обещаю.
Собеседник хмыкнул, продолжая разглядывать меня тяжелым и, как показалось, неприязненным взглядом. И неожиданно рассмеялся:
– Узнаю характер: папина дочка… Ну, включай свой диктофон…
На следующий день я встретилась с Евгенией Богдановой. Этих двух бесед стало достаточно, чтобы история обрела совершенно законченную форму.
В Хельсинки произошло следующее.
Накануне выступлений спортивных пар в произвольной программе арбитр ИСУ Хели Аббондати, которая обслуживала этот вид соревновательной программы, получила конфиденциальное письмо (имя автора Аббондати наотрез отказалась назвать на официальном разборе), в котором ей советовалось обратить особое внимание на поведение четырех линейных судей – Евгении Богдановой (Азербайджан), Альфреда Корытека (Украина), Святослава Бабенко (Россия) и Марии Зухович (Польша). Интерес к этой группе за пару лет до этого проявлял член техкома ИСУ по фигурному катанию американец Рональд Пфеннинг: он заметил на одном из чемпионатов, что названные судьи и чешка Лилиана Штрехова расставили первые 12 пар абсолютно идентично. Об этом тогда было даже сказано на разборе. Судьям сделали мягкое предупреждение, хотя те и сами были удивлены совпадениями. В Хельсинки Аббондати недолго думая попросила двух своих хороших знакомых – операторов компьютерной системы WIGE DATA – негласно последить за судьями.
– Я моментально почувствовала неладное, – рассказывала Богданова. – Обычно за спиной никого нет. Тут же я постоянно ощущала, что мне смотрят в затылок. Обернувшись, увидела девушку. Улыбнулась ей. Через некоторое время обернулась еще раз, снова поймала взгляд и снова улыбнулась, хотя все происходящее страшно мешало работать.
Могла ли Богданова «сыграть» в пользу России? Наверняка. Более того, я уверена, что так бы и произошло, не упади Бережная на тройном прыжке. За такую ошибку полагается снять как минимум 0,2 в технической оценке. Что Богданова и сделала, поставив фигуристам тем не менее 5,9 за артистизм. Если бы судья выставила те же оценки, но в обратном порядке китайской паре, они бы в ее расстановке остались вторыми. Но как профессионал Богданова не могла не понимать: снижать вторую оценку просто не за что. Рисковать же она не могла: еще во время существования СССР попадала под дисквалификации дважды. Оба раза за «национальное пристрастие». Случись прокол третий раз, неизвестно как повел бы себя ИСУ. А быть дисквалифицированной ни за что, даже не за свою страну, согласитесь, обидно.
Руководитель российской Федерации фигурного катания упорно отрицал, что контакт между судьями имел место. Но факты говорили о другом. Видеопленку с более чем часовой записью, на которую еще в Хельсинки ссылалась госпожа Стэпплфорд, она получила не только от WIGE DATA, но и от канадской телекомпании CBS. Поводом к разбирательству послужил фрагмент, на котором внимание англичанки привлекли три вещи. Во-первых, Святослав Бабенко слишком часто и, как сочла Стэпплфорд, условными жестами касался лица, потирая растопыренными пальцами то лоб, то щеку, то подбородок. Во-вторых, он постоянно раскачивал под столом ногой, вроде бы подавая сигналы соседу с «украинского» пульта. Естественно, оба этих факта легко опровергались: мало ли какой тик может возникнуть у человека в нервной обстановке. Но было и третье: перед тем как выставить свою оценку, Бабенко о чем-то тихо спросил Корытека. Тот, не расслышав, переспросил трижды – на пленке это было видно слишком хорошо, чтобы трактовать по-иному.
Фильм попал в руки председателя техкома в полночь. Просмотрев криминальные кадры, Стэпплфорд позвонила в номер коллеге по техкому немке Вальбурге Гримм и затем шведке Бритте Линдгрен. Это, кстати, было ошибкой: следовало дождаться утра и собрать техком в полном составе, пригласив Пфеннинга и российского члена комитета Александра Лакерника. Англичанка же, заручившись большинством, посчитала, что имеет право обращаться непосредственно в ИСУ с готовым предложением о трехлетней дисквалификации Бабенко и Корытека. Более того, по ее мнению, наказать российского судью следовало строже, чем украинского: за последние два года Корытек был предупрежден – все за то же национальное пристрастие – лишь однажды. А Бабенко неоднократно. И каждый раз – за несанкционированные разговоры во время судейства.
Когда материал был написан, оставалось только принести извинения за допущенные в первой статье неточности. Что я и сделала без всякого ущерба для собственного самолюбия…
Полезные и уникальные советы по строительству бассейна которые помогут вам избежать ошибок при строительстве.
Категория: Фигурное катание - слезы на льду | Добавил: fifa2009 (2011-11-18)
Просмотров: 2074 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]