Воскресенье, 2024-07-21, 7:11 AM
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск
Вход на сайт

Разделы сайта
Хоккеисты (биографии) [26]
Дэвид Бекхэм - легенда из легенд [21]
Он — лучший футболист на свете. Он — футболист, перед которым благоговеет его поколение.
Самые абсурдные нелепости [18]
Правила футболиста [15]
Фигурное катание - слезы на льду [14]
Альберт Шестернев [10]
Футбольные рассказы [52]
Тренер - Гус Хиддинк [12]
Сборная СССР [13]
ФУТБОЛ
Тайна футбола [13]
Как обеспечить безопасность [10]
Мнения о футболистах [10]
Небезопасный спорт [23]
Истории про футболистов [15]
Зинедин Зидан [10]
Старый Локомотив [25]
О тренерах футбольных команд [40]
Футбол в Бразилии [33]
Поразительные факты [26]
Чудаки и оригинали [18]
Спортивная подводная стрельба [18]
Футболисты легенды [73]
Почему футбол? Почему именно он, покорив мир, стал спортивной игрой номер один?
Именитые династии [31]
Беговой длинный день [31]
Мысли о футболе [63]
Путешественники [26]
Система Кацудзо Ниши [22]
Тайные общества [24]
Сестра Земли [24]
Япония при жизни Мусаси [16]
Школа выживания при авариях [22]
Форварды нашего времени [18]
Надежды российского футбола [35]
Великие военные тайны [19]
Австралия для туриста и спортсмена [14]
Про книги [21]
Уникальные факты [56]
Физическая ключевая идея [82]
Чудеса в мире [25]
В Исландии [28]
Футбол на всю жизнь [19]
Футбол в Англии [37]
Именитые спортсмены [69]
Спортивное самбо [39]
История футбола [54]
Мятеж. Революция. Религиозность. [15]
Новости спорта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
                      

Увлечение спортом

Главная » Статьи » Австралия для туриста и спортсмена

ТУРИСТ В КОЛОНИИ
М-р Джон Худ, эсквайр, честолюбивый и своенравный старик-шотландец, прибыл в Новый Южный Уэльс в 1841 г. с единственной целью — проведать сына и весело провести время. Худа, который приехал в Сидней сразу же после отмены депортации туда осужденных, видимо, можно считать первым туристом Австралии.
 Но немногие из тех, кто читал его записки «Австралия и Восток», изъявили бы желание последовать его примеру, ибо колония оказалась куда более омерзительным местом, нежели её рисовал себе Худ из своего шотландского далека. Помимо суровых условий жизни в буше, утонченный аристократ столкнулся с дикарями-аборигенами, беглыми уголовниками, подлыми конокрадами и форменными психопатами — и пришел в ужас от увиденного.
 Едва Худ сошел с корабля в Сиднее, как его чувствительная душа возмутилась. При сорокатысячном населении в городе отсутствовала канализация. 
По улицам, гремя кандалами стайками разгуливали осужденные. Повсюду теснились уродливые хибары, перемежавшиеся с рюмочными и пивными всего питейных заведений в Сиднее насчитывалось 215! Хуже того, колонисты, похоже, весьма терпимо относились к своим алкоголикам. Это неслыханно, возмущался просвещенный шотландец, они «открыто выражают желание пойти напиться».
Худ имел очень теплую встречу со своим сыном Александром, который 10 лет назад, взяв с собой слугу, отправился за океан искать счастья и богатства. Теперь Александр был преуспевающим скваттером близ г. Конноболас, на западной границе поселения, и он пригласил отца посетить свои владения. Визит обернулся сущим кошмаром. 
Верховой переход через Голубые горы — в наши дни это незабываемое путешествие — оказался пыткой. Проложенная уголовниками дорога, которая выделывала головокружительные петли по унылым серым скалам, казалась «бесконечной», писал Худ. Вскоре заморосил дождь. Его кобыла потеряла две подковы. Искать здесь кузнеца было бесполезно. 
«Впервые в жизни я совершенно пал духом». В пути Худ потерял свой багаж. Поселок Батерст оказался крошечным и тоскливым «Я пребывал в отчаянии».
Когда же глазам Худа наконец предстала овечья ферма сына — близ нынешнего Оринджа — он был просто убит. «Халупа», в которой ютились сын с гостем-отцом, «не была выдержана ни в каком известном архитектурном стиле», писал Худ о хижине, коя представляла собой сложенное из древесной коры жилище с дырами в стене, куда проникал свет вместе с комарами. «Вы едите их, вы пьете их, вы дышите ими», писал Худ о вездесущем австралийском комарье. «Воистину имя им легион». 
Ему предложили баранину — на завтрак, обед и ужин. Самым же тяжким испытанием было чувство полного, кромешного одиночества — вне зависимости от числа снующих вокруг людей.
Записки Худа о его приключениях в буше дают занимательный срез жизни на австралийском «фронтире».
 Притом, что ближайший полицейский участок, кабинет врача или церковь находились за много миль, обитатели землевладения в Коннобаласе постоянно жили в страхе подвергнуться нападению бушрейнджеров. 
Эта перспектива настолько ужаснула Худа, что он зарыл свои наиболее ценные вещи в землю.
Сын и отец Худы предприняли путешествие в Веллингтон — сегодня туда ведет живописное шоссе, окаймленное высоченными эвкалиптами и протянувшимися до горизонта зелеными полями. Но в 1841 г. над этими бесплодными степям лишь гуляли сухие ветра. Они провели ночь в Молонге, «более убогой харчевни мне за всю жизнь не доводилось видеть. Похоже, в неё набились все окрестные пьянчуги, не давая нам спать и всю ночь раздражавшие наш слух сквернословием и гоготом».
Долгие серые дни в пограничной глухомани были Худу в тягость.
 Тоска по дому особенно измучила Худа под Рождество: «удушливый зной малоприятным образом перечеркивает наши привычные думы о веселой поре морозов и снегопада и уютного сиживания перед камином.» Он тосковал по общению, по своим книгам и переписке с друзьями и жаловался, что газеты приходят в эту глушь лишь раз в неделю. «Причем, к несчастью, одни только сиднейские» — словом, он в конец концов решил вернуться в родную Шотландию.
Ему пришлось возвращаться в Сидней на «самом ужасном виде транспорта, который только можно вообразить» — в сиднейском почтовом дилижансе. Рядом с ним на пассажирской скамье оказался шотландский священник, которого колониальная жизнь довела чуть ли не до помешательства. 
Он вцепился за Худа, как утопающий хватается за соломинку, и при прощании, теребя его за рукав, жалобно умолял: «Если кто-нибудь там у нас спросит вас обо мне, скажите, что старик ещё жив и все ещё проповедует слово Божье…»
Прощаясь с сыном в Сиднее и понимая, что уж больше им не суждено свидеться, Худ жестоко раскаивался в том, что в свое время отправил его в Австралию. «Вынужден признаться, что тамошняя жизнь не имеет никаких преимуществ, компенсировавших бы её неудобства».
Впрочем, для тех английских джентльменов, которые все же обдумывали посещение далекого континента, Худ составил список необходимых вещей, кои надобно было взять в дорогу: не менее 50 выглаженных рубашек, 32 пары носков, пять фланелевых сюртуков, 10 носовых платков (8 цветных и 2 белых)…
Пропавшая экспедиция Лейхгардта. В 1842 г. 29-летний пруссак Людвиг Лейхгардт, бежавший от воинского призыва, прибыл в Сидней. Дезертир едва ли обладал всеми необходимыми качествами для удачливого следопыта: он не умел стрелять, был близорук и к тому же слабо ориентировался на местности. Однако он обладал талантом находить щедрых благодетелей.
К 1844 г. он уже нашел достаточное число спонсоров для финансирования его амбициозного похода на север-запад через Квинсленд в Северную Территорию. 
Его целью было исследовать земли от Брисбена до Порт-Эссингтона (ныне — Дарвин), расстояние между которыми составляло 4800 км. Он двинулся с караваном волов, взяв с собой десять компаньонов и проводников-аборигенов. Ему пришлось пережить невероятные лишения, он растерял провиант, а в стычках с туземцами трое членов его экспедиции были ранены (один — смертельно). 
Через 14 месяцев, когда все сочли его экспедицию погибшей, Лейхгардт появился-таки в Порт-Эссингтоне. По возвращении в Сидней морем, этих «пришельцев с того света» встречали как национальных героев. Прусское военное командование даже сняло с Лейхгардта обвинение в дезертирстве.
В апреле 1848 г. он вновь отправился в путь, на этот раз по маршруту из Ромы в южном Квинсленде к Индийскому океану. Его экспедицию, которая состояла из 7 человек и 77 животных, с тех пор больше никто не видел, и её судьба стала одной из величайших тайн австралийского буша. Первые поисковые партии докладывали, что пропавшая экспедиция, вероятно, стала жертвой жестоких аборигенов в западном Квинсленде. Невзирая на это предположение, спасатели продолжали поиски ещё несколько лет, поскольку время от времени возникали слухи, будто кто-то нашел в буше человеческие скелеты, кострища недавних стоянок и беспризорных лошадей. А цветистые рассказы об одичавшем белом, жившем в 1860-х гг. среди квинслендских аборигенов, породили легенду о том, что одному из членов экспедиции, Адольфу Классену, удалось выжить.
Между 1852 и 1938 гг. поискам останков экспедиции Лейхгардта занимались девять поисковых партий. 
Эти поиски сами по себе стали примером мужества и послужили поводом для новых географических открытий и трагических смертей. Но несмотря на все предпринятые усилия, немая пустыня так и не раскрыла тайну пропавшей экспедиции Лейхгардта.
Герои и негодяи. Аборигены сыграли немалую роль в освоении Австралии европейцами, иногда помогая, иногда противостоя им. В летописи континента запечатлено немало случаев сотрудничества и предательства.
 В 1848 г. экспедиция Эдмунда Кеннеди исследовала материковую часть полуострова Кейп-Йорк. Недостаток провизии, набеги враждебных туземцев и труднопроходимая местность вынудили его вернуть своих компаньонов обратно к побережью, сам же он продолжал идти вперед вместе со своим чернокожим проводником Джеки-Джеки. В одной из стычек с аборигенами Кеннеди был смертельно ранен и умер на руках проводника. Джеки-Джеки тоже был ранен, но пробился сквозь джунгли к морю и сообщил капитану ожидающей там шхуны о местонахождении уцелевших членов экспедиции.
Эдвард Джон Эйр в 1840 г. совершил беспримерный пеший переход с востока на запад по берегу Великого Австралийского залива. 
Он вышел вместе со своим помощником Джоном Бакстером и тремя аборигенами. Через четыре с половиной месяца, покрыв 2000 км по пустыне, он с последним проводником-аборигеном Уайли вышел к Олбани со стороны залива Короля Георга. Бакстер же погиб от стрел двух других проводников, которые после предательского убийства сбежали в буш. До нас дошло немало похожих рассказов о мужестве и подлости, которые иногда были записаны на коре деревьев или на обрывках бумаги и закопаны рядом с иссохшими костями. О других безмолвно повествовали лишь лужицы крови на песке в безлюдных пустынях материковой части Австралии. 
В августе 1860 г. Роберт О» Хара Берк и У. Дж. Уиллс вышли из Мельбурна с хорошо экипированной командой на верблюдах (специально доставленных для этой экспедиции из Афганистана). Они поставили своей целью первыми совершить переход через континент от восточного побережья до западного. Повесть об их злоключениях давно стала достоянием австралийского фольклора.
Берк был неопытным хвастливым и невероятно самоуверенным честолюбцем. Сгорая от нетерпения, он не дождаться каравана верблюдов с провиантом и уговорил Уиллса и других членов группы — Грея и Кинга — отправиться в путь. От р. Купер-Крик группа двинулась через пустыню при 60-градусной жаре. В феврале 1861 г. они вышли к заливу Карпентария и тотчас пустились обратно по своим следам. Грей умер в пути. Трое оставшихся первопроходцев наконец добрались до лагеря у Купер-Крик, где оставался их компаньон Брае. Но Брае, ожидавший их четыре месяца, ушел со стоянки всего лишь за семь часов до их появления. Отказавшись от предложенной помощи местных аборигенов, Берк и Уиллс вскоре погибли в непроходимой Каменной пустыне.
 Выжить удалось лишь Кингу, и то благодаря заботе аборигенов — он-то и донес до австралийцев эту трагическую историю.
Жила Лассетера — ещё один кладезь австралийских легенд. Подобно рассказам о Лейхгардте и о бушрейнджере Неде Келли, предание о золотоносной жиле стало неотъемлемым достоянием австралийской мифологии, искусства и литературы. Как утверждал Генри Лассетер, в 1900 г. во время одиночного перехода от Элис-Спрингс до Карнарвона на западном побережье он обнаружил золотоносный пласт — в метр глубиной и 16 км длиной. 
Ему не поверили, да и найти такую исполинскую жилу казалось делом безнадежным.
Во время Депрессии, однако, он вновь заявил о своем открытии. В Сиднее была набрана поисковая партия и в 1930 г. экспедиция под водительством Лассетера вышла в поход. 
После многомесячных бесплодных поисков руководители экспедиции решили отказаться от затеи и, оставив Лассетеру двух верблюдов, предоставили ему возможность одному заниматься розысками своего мифического золотого рифа. Живым его больше не видели, но потом был найден его дневник и, как кое-кто утверждал, и его тело. 
Дневник повествует о том, как он нашел и застолбил участок, но взбесившиеся верблюды убежали от него, а он скитался по пустыне и, потеряв рассудок, умер от истощения в горах Петерманнового хребта на краю пустыни Гибсона.
Молва о его открытии, смерти и дневниках передавалась из уст в уста, и вплоть до 1970 г. новые экспедиции продолжали упорно искать Лассетерову жилу.
Как и в случае с Лейхгардтом, великая австралийская пустыня по сию пору хранит трупы неудачливых золотоискателей и тайну их судьбы.
Категория: Австралия для туриста и спортсмена | Добавил: fifa2009 (2015-03-04)
Просмотров: 1892 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]